21:26 

Превратности

Givsen
латентный романтик | сказочный лис | страшный человек | накуривающая муза | дрочдилер | сотона
Название: Превратности
Автор: Givsen
Фэндом: Katekyo Hitman Reborn!
Персонажи и пейринги: TYL!Ямамото/ОЖП
Рейтинг: PG-13
Жанр: романтика, юмор, AU
Предупреждения: ООС, нецензурная лексика
От автора: несколько мини-историй про Ямамото, его ассистента и их непростые отношения.
Дисклаймер: Амано-сама

Превратность первая

Луки всегда считала себя неудачницей. То есть когда её подруги дружно позаканчивали ВУЗы, повыскакивали замуж, нарожали детей и, усиленно обмахиваясь дипломами, стали доказывать Луки, что она мало преуспела в жизни, она в это почему-то поверила, несмотря на некоторые несопоставимые факты. Карьера у неё, откровенно говоря, не удалась, личная жизнь напоминала продавленный катком асфальт, а о чём-то большем, вроде замужества и детей, она и думать не хотела, потому что на небольшую зарплату было сложно содержать даже себя, не говоря уже о семье. Поэтому Луки просто привыкла считать себя неудачницей. И даже стала находить в этом некоторые плюсы, ведь не будь она такой простофилей с уклоном в махровый трудоголизм, она точно не попала бы на нынешнее место работы. А не попади она на нынешнее место работы, у неё появлялась неприятная перспективка загнуться в своей квартире от голода и быть сожранной соседскими кошками. Вот и выходило, что её незавидная участь во многом сослужила неплохую службу. Ей удалось устроиться в особняк Вонголы, где она получала неплохие деньги и была на хорошем счету у начальства. Чем не сказка?
Застегнув последнюю пуговицу строгой блузки, Луки вздохнула и, пару раз мазнув по волосам расчёской, решительно вышла из комнаты, чтобы отправиться в расположенный на цокольном этаже офис. Ей предстояло встретить нового сотрудника, провести краткий инструктаж и, если всё пройдёт совсем плохо, распорядиться, чтобы его труп вытащили из кабинета. Хотя, учитывая наклонности Гокудеры и его непомерную страсть к динамиту, в случае плохого исхода выносить будет особо некого.
Собственно, «несказка» новой работы Луки заключалась именно в таких небольших нюансах, потому что она работала на мафию, а законы мафии были подчас безжалостными. Хотя она прекрасно знала, на что шла, никто её не заставлял и тем более не тащил силой. Просто Луки, тщательно обдумав свою ситуацию, решила, что ей больше нечего терять.
А началось всё весьма тривиально и буднично: Луки выкинули с работы под зад коленом за то, что она завела роман с боссом. С женатым боссом, который о своём семейном положении отчего-то не распространялся, зато увивался за новенькой секретаршей так, словно она была одновременно его музой, возлюбленной и самой разъединственной в мире девушкой. Луки держалась изо всех сил, открещиваясь от дурацкой влюблённости, но босс умел так ухаживать, что грехопадение стало практически неизбежным. Ну и когда всё, что могло произойти, произошло, об этом прознала законная супруга, которая явилась через неделю, держа в одной руке притихшего мужа, а в другой — заявление на увольнение. Увольнение обалдевшей от подобного расклада Луки. Причём с такой рекомендацией, что её не то что на секретаря — на продавца хурмы с рынка никто никогда не взял бы.
Вот так в одночасье закончились влюблённость, работа и вера в мужчин. Луки осела дома, изредка заедая горе подаренными сердобольной соседкой яблоками, и не переставала рассылать своё резюме в надежде, что кто-нибудь оставит без внимания рекомендацию предыдущего работодателя и возьмёт её хотя бы домработницей. И однажды, когда вера в мирскую справедливости почти сошла на нет, ей всё-таки пришёл очень многообещающий отклик из компании с непроизносимым названием, которая, судя по списку обязанностей, занималась всем тем, что Луки умела лучше всего, — обработкой и систематизацией информации.
Собравшись с духом и прочими принадлежностями, Луки отправилась на собеседование, внутренне готовясь ко всему, включая вежливое «подите прочь». Однако, вопреки ожиданиям, сонный менеджер, без особого интереса выслушав вялые попытки Луки расхвалить себя, бухнул ей штамп на направление и пригласил на оформление через неделю.
Первый же день обрушил на Луки кучу разномастной публики, начиная от приветливых девочек-менеджеров и заканчивая угрюмым системным администратором. Второй день подарил несколько полезных навыков в общении с названивающими без конца ассистентами из основного офиса. Третий день показал, как мало Луки знала из того, что обязана была бы знать. Ну а дальше всё потекло так плавно и спокойно, что первое время ноги временами становились ватными, а голова кружилась от счастья.
Впрочем, через пару месяцев это ощущение прошло, потому что работа оказалась весьма муторной и напряжённой из-за большого количества обрабатываемой информации. Плюс ко всему некоторые сотрудники исчезали со своих рабочих мест так внезапно, что казалось, будто их кто-то щелчком вышибал из офиса. Однако первое время Луки мало обращала на это внимание, потому что обзавестись друзьями, в силу своего характера, ей не удалось, а прибавляющаяся из-за пропажи сотрудников работа начисто сжирала всё свободное время. Иногда приходилось сутками оставаться в офисе, проводя полубессонные ночи в обнимку с клавиатурой.
Когда минуло около полугода, Луки внезапно пришло сообщение из основного офиса, в котором говорилось, что её срочно вызывают «на ковёр» к начальству. Просидев всю ночь перед монитором рабочего компьютера, Луки дождалась времени выезда и, прихватив сумку и решимость, отправилась по адресу, который она дрожащей рукой переписала из послания. О цели визита ей не сообщили, поэтому у неё то и дело подкашивались колени. Снова быть уволенной из-за какой-нибудь ерунды ей совсем не хотелось.
Шагнув на хрустнувший под подошвой туфли гравий, Луки сперва чуть не навернулась, а затем поражённо замерла, увидев, куда именно привёз её водитель. Перед глазами возвышался исполинского вида трёхэтажный особняк, который простирался, казалось, на несколько километров вправо и влево. Чуть затенённый густой зелёной растительностью, он представлялся этаким окутанным тайной домом с привидениями, поэтому первым желанием Луки было прыгнуть обратно в такси и велеть везти её обратно. Помешало только то, что водитель, получив деньги сразу по приезду, успел развернуться и выехать за высоченные стальные ворота. Поэтому Луки, беспомощно оглянувшись на захлопнувшуюся с протяжным лязгом калитку, обречённо заковыляла к входу, по щиколотку утопая в колючем гравии и желании сходить в туалет по-большому прямо тут.
Дверь робко постучавшейся Луки открыл весьма миловидный молодой человек, который, узнав о цели визита, отчего-то просиял и велел следовать за ним. Плутая по коридорам особняка, он не переставал болтать о всякой ерунде и старательно заговаривал стучащую зубами Луки, которая за время пути мысленно успела себя дважды изнасиловать, четырежды похоронить заживо и как минимум полтора раза расчленить. Остановившись возле одной из дверей, сопровождающий сделал знак Луки, чтобы та немного подождала, а сам скользнул за порог. Несколько секунд его не было ни видно, ни слышно, а затем дверная ручка повернулась, вновь явив его счастливую физиономию, и Луки нервно сглотнула, поняв по его взгляду, что теперь пришла её очередь перешагивать порог. Не слишком деликатно толкнув задрожавшую Луки в спину, молодой человека, кажется, пожелал ей удачи, но она этого уже не услышала.
Едва не запнувшись, Луки сделала пару шагов и замерла на месте пристреленным кроликом. Зажмурившись от страха, она мысленно досчитала до десяти, чтобы успокоиться, затем повторила процедуру. Поняв, что это не помогает, она хотела уже попробовать увеличить счёт до ста, когда её тихую панику прервал приятный весёлый голос:
— Вы, должно быть, Луки? — Луки открыла глаза и с трудом сглотнула подскочившую к горлу тошноту. — Не стесняйтесь, проходите, пожалуйста. Я постараюсь не есть вас сразу.
В классическом кожаном кресле с высокой массивной спинкой сидел, сложив руки на подлокотниках, симпатичный молодой человек с взъерошенными тёмными волосами.
Луки неловко переступила с ноги на ногу. Она ожидала, что её встретит кто-то… постарше, что ли, потому что сидящий в кресле парень был едва ли старше неё.
— Хорошо, если вам удобно стоять там, говорите, пожалуйста, погромче, — устав, видимо, ждать, когда ступор гостьи рассосётся, произнёс молодой человек.
Луки вздрогнула, вяло пошевелилась, проверяя работоспособность конечностей, и медленно заковыляла к большому резному столу. Остановившись с противоположной стороны, она помялась немного, украдкой поглядывая на наблюдающего за ней собеседника, а затем очень осторожно присела на краешек гостевого стула. Спина мгновенно одеревенела, а руки покрылись ледяным потом. Едва успокоившаяся паника вспыхнула с новой силой.
— Вы очень симпатичная, — внезапно улыбнулся парень, выбив из конвульсивно сокращающихся лёгких Луки последний воздух. — Я приятно удивлён.
— Спасибо, — сдавленно пробормотала она. Она ждала чего угодно, только не комплиментов в адрес своей внешности. Или он так решил оттянуть время казни? Так сказать, усыпить бдительность перед тем, как шарахнуть её какой-нибудь не особенно приятной новостью?
— Ах да, я же не представился, — хлопнув ладонью по колену, спохватился парень. — Меня зовут Ямамото Такеши, я — начальник отдела обработки информации. А вас зовут Луки, я же не ошибся?
— Правильно, — ещё более сдавленно пробормотала она.
— Однако, — Ямамото округлил глаза и придвинулся, разом обретя сходство с любопытным желторотым юнцом, — такое странное имя.
— Французское, — нехотя выдавила Луки. — Когда я родилась, Франция и Италия в лице моих родственников не на шутку схлестнулись в битве за имя. Италия проиграла. Фигово, когда твои родители принадлежат разным нациям, — окончательно помрачнела она, припомнив, сколько унижения вытерпела от сверстников в итальянской школе, обладая французскими чертами лица и именем, которое можно было склонять и вдоль, и поперёк.
— Нет-нет, я вовсе не хотел тебя обидеть! Я сам японец, так что могу себе представить, сколько недоумения у итальянцев вызывает необходимость общаться с такими, как мы. Не обижайся, в общем, ладно? — замахал рукой Ямамото, ненавязчиво перескочив на фамильярное «ты». Он по-мальчишески застенчиво улыбнулся, словно сам устыдился своего интереса, и, кашлянув, продолжил: — Я вообще-то позвал тебя сюда не просто так. Мне нужно кое-что уточнить. — Достав из-под стола большую кипу листов, исписанных мелкими печатными буквами, он положил её перед носом Луки и поинтересовался: — Твоя работа?
Взяв первый листок, Луки быстро пробежалась по тексту и угрюмо кивнула, похолодев от мысли, что наверняка допустила где-то непростительную ошибку. Иной причины необходимости её появления в основном офисе просто не было.
— Потрясно! — выдохнул вдруг Ямамото, взглянув на неё с неподдельным уважением. — Я бы такое ни в жизни не осилил, а ты столько работы только за последние две недели провернула. Это же столько информации!
Едва не окосев от его честных глаз и добродушной улыбки, Луки попыталась найти в произнесённых словах хотя бы намёк на подвох, но похвала звучала искренне, а уважение в голосе показалось самым настоящим.
— Не так уж и много, — слегка удивлённо пробормотала Луки, опустив взгляд на судорожно сцеплённые в замок руки. — В прошлом месяце было больше.
— Так то тоже была твоя работа? — оторопело уточнил Ямамото. — С ума сойти! Как ты со всем справляешься?
— Молча. При такой загруженности разговаривать особенно некогда, — улыбнулась Луки и, подняв голову, осеклась, потому что начальник, подперев щёку кулаком, практически в упор смотрел на неё. Ей сразу показалось, что она повела себя непростительно дерзко, но пасть на колени и вымаливать прощение помешал неожиданно серьёзный и очень убедительный голос:
— Знаешь, настолько усердные и трудолюбивые работники сейчас редко встречаются, а мне как раз нужен личный помощник, который будет справляться с огромной нагрузкой. — Ямамото сдвинул брови, впервые с момента появления Луки в кабинете став похожим на сурового босса. — Я хочу предложить тебе перейти работать из общего офиса сюда, ко мне, если ты, конечно, считаешь, что справишься.
Сердце болью ударило в грудную клетку, и Луки, не успев толком осмыслить ответ, горячо выпалила:
— Справлюсь! — Мгновенно опомнившись, она зажала рот руками и круглыми от ужаса глазами уставилась на ещё больше нахмурившегося начальника, мысленно проклиная свою торопливость.
— Тогда мне нужно многое тебе рассказать, прежде чем ты приступишь к своим новым обязанностям. Но сначала я тебе кое-что покажу.
Сунув сложенные колечком пальцы в рот, Ямамото тихо протяжно свистнул. В следующее мгновение из-за кресла показался симпатичный пёсик. Он присел рядом со столом и уставился на Луки круглыми карими глазами с таким видом, будто это не хозяину, а ей требовался личный помощник.
— Какой симпатичный, — вырвалось у неё против воли. — Можно погладить?
— Джиро цапнуть может, — доверительно сообщил Ямамото и рассмеялся, увидев отразившееся в глазах Луки недоверие. — Нет, серьёзно. Он у меня с характером.
— Не страшно, — покачала головой та и протянула руку, чтобы исполнить задуманное. Животных она любила с детства, и они, как правило, отвечали ей взаимностью.
Однако собака, продолжая умильно моргать, сперва вдруг покрылась голубой лёгкой дымкой, а затем и вовсе вспыхнула, словно в неё кинули газовую горелку. Едва не поседев от такого зрелища, Луки замерла в ступоре и во все глаза уставилась на нордически спокойного пса. Лишь после этого она сумела с трудом повернуть голову и в полном недоумении посмотреть на наблюдающего за ней Ямамото.
— Джиро — не совсем обычная собака, — произнёс тот, когда Луки открыла уже рот, чтобы испуганно заверещать.
— Да я уже поняла, — дрожащим голосом ответила та, вновь переведя взгляд на завилявшего хвостом пса.
— А я — не совсем простой человек. — Ямамото поднялся с места и, обогнув стол, присел на корточки рядом со своим полыхающим питомцем. Положив руку на мохнатую спину, он повернулся к окоченевшей от такого зрелища Луки и ободряюще улыбнулся. — Можешь погладить. Теперь он точно не укусит.
— Н-не думаю… — забормотала Луки, но быстро прикусила язык, потому что на её запястье сомкнулись чужие пальцы, а затем под ладонью скользнула тёплая мягкая шерсть.
Зажмурившись в страхе, Луки сжалась, однако спустя несколько мгновений, в течение которых боль так и не пришла, всё-таки решилась приоткрыть один глаз. Джиро по-прежнему пылал голубым пламенем, а Ямамото всё так же с нажимом удерживал её руку на спине любимца, почти по локоть погрузив её в огонь.
— Вот видишь? — жизнерадостно улыбнулся он.
Подумав, что ей срочно нужен душ и новые трусы на всякий случай, Луки подавленно кивнула, продолжая с опаской коситься на подозрительную собаку и её не менее подозрительного хозяина. Что-то говорить в их присутствии она уже не могла — язык попросту онемел.
Дождавшись, когда остаточная дрожь Луки уляжется, Ямамото отпустил её окоченевшую руку и поднялся на ноги. Одёрнув брюки, он подмигнул и произнёс:
— Так вот, к чему это я. Располагайся поудобнее, могу попросить кого-нибудь сделать кофе, потому что слушать придётся долго.
С трудом вернув себе возможность шевелиться, Луки качнула головой. Она на полном серьёзе боялась, что если сейчас съест что-нибудь или выпьет, непременно испортит дорогой ковёр.
Ямамото понятливо кивнул и, вернувшись на своё место за столом, завёл рассказ о том, куда она, собственно, угодила и что ей предстояло теперь со всем этим делать. Выходило, что вся их организация на самом деле являлась большой мафиозной семьёй Вонгола, которой заправлял милейшей души человек японского происхождения — Савада Тсунаёши. Ямамото во всём этом деле выполнял роль какой-то там по счёту левой руки босса и, по совместительству, обладал также силой Хранителя Дождя, поэтому его собака полыхала синим пламенем, которое, как в голливудском кино, совсем не обжигало. И вот как раз ему, Ямамото Такеши, ввиду свалившихся обязанностей, срочно потребовалась собственная правая рука, которая заправляла бы делами начальника обработки информации, в то время как Ямамото смог бы посвятить себя более привычному делу — быть Хранителем Дождя Вонголы и оберегать ненаглядного босса.
В общем, к концу немного путанного и нелогичного рассказа, Луки поняла, что вместе с душем и новыми трусами ей пригодились бы санитары и большая белая машина с красным крестом.
— То есть вы — мафия, — уточнила она, поглаживая пристроившегося рядом Джиро, который «выключил» пламя и теперь спокойно наслаждался внезапной лаской со стороны офигевшей по всем статьям гостьи.
— Именно, — кивнул Ямамото, несколько смущённо улыбаясь.
— И у всех есть… паранормальные способности, так? — нахмурилась Луки, ощущая себя дураком в цирке.
— Ну почему паранормальные? — Казалось, Ямамото слегка обиделся на такую характеристику. — Самые обычные.
— Обычные, — покладисто согласилась Луки, поймав себя на мысли, что ей до ужаса хочется истерично расхохотаться, закинуть ноги на стол и сказать: «Аха-ха, продолжайте!». Усилием воли подавив это желание, она задумчиво посмотрела на зажмурившегося Джиро и с сожалением убрала руку. — Спасибо за увлекательный рассказ, Голливуд будет рыдать от счастья и требовать себе сценарий, а я, наверное, лучше пойду.
Поднявшись со стула и вежливо поклонившись, Луки развернулась, сделала несколько шагов по направлению к двери и внезапно остановилась так резко, словно её ноги по колено провалились в пушистый бордовый ковёр. Передёрнув мгновенно озябшими плечами, она обернулась и, несколько раз моргнув, посмотрела на задумчиво молчащего Ямамото, взгляд которого уже не был таким радушным, как несколько минут назад.
— Я очень извиняюсь, — тихо произнёс он, — но я не могу тебе позволить просто так уйти отсюда.
Луки ощутила, как земля закачалась, а в голове стало мутно-мутно. Всё-таки она влипла.
— Теперь только ногами вперёд, да? — нервно улыбнулась она.
Сомнений в том, что бежать бесполезно, у неё даже не возникло. Во-первых, тут по-прежнему находилась собака, которая могла включить синее излучение и фиг знает, что ещё, а во-вторых, с физподготовкой у Луки всегда было неважно — даже обычные стометровки она буквально проползала на четырёх костях.
— Чего? — очень правдоподобно изумился Ямамото и замахал руками, поднявшись на ноги. — Вовсе нет! Мы же мафия, а не убийцы.
«А это разве не одно и то же?» — ехидно подумала Луки, но произнести это вслух не решилась.
— У нас есть департамент по защите информации. Вот там тебе несколько подкорректируют память о последних событиях, а потом отправят с миром домой. Однако вернуться к прежним обязанностям тебе вряд ли разрешат. Хибари у нас такой перестраховщик. — Ямамото подошёл, встал рядом, и Луки моментально ощутила себя Дюймовочкой на приёме у великана. Рост начальника был таким, что она едва доставала макушкой до его плеча.
— Его тоже можно понять, — пробормотала она, мельком подумав, что если вышеназванный Хибари хотя бы вполовину такой перестраховщик, как сказал Ямамото, с него сталось бы отправить её вместо дома на шесть футов под землю. В целях конспирации, разумеется.
— Подумай всё-таки, — неожиданно мягко произнёс Ямамото и, засунув руки в карманы, простодушно пожал плечами. — Так ли много ты потеряешь, если пойдёшь ко мне работать?
— Голова на плечах считается? — бледно улыбнулась Луки, умоляюще глянув на него.
Плохим человеком Ямамото ей не казался, но рассказанная им белиберда сводила все плюсы на минусовую шкалу.
— Если ты собралась в меня влюбиться, мы это как-нибудь переживём, — хмыкнул Ямамото и рассмеялся, когда Луки густо покраснела.
— Не признаю служебных романов, — стальным голосом отчеканила она, ощутив кислый привкус на языке от неприятных воспоминаний.
Ямамото в ответ снова пожал плечами.
— Ну… ты меня почти расстроила, — хохотнул он и легонько толкнул её локтем в плечо. — Соглашайся. — Он молитвенно сложил ладони и собрал брови скорбным домиком. — Или хотя бы пожалей, потому что Гокудера сожрёт меня, если я снова провороню квартальный отчёт!
Почувствовав вспыхнувший внутри глупый смех, Луки тихо кашлянула и сурово нахмурилась, пытаясь прикинуть, чем для неё обернётся работа в таком дурдоме. Если подумать, Ямамото не предлагал ей участвовать в аферах и прочих мафиозных делах, он прямым текстом сказал, что от неё будет требоваться только то, что она каждый день делала в общем офисе. Однако совсем перестать бояться Луки всё равно не могла. Она никогда в жизни не связывалась ни с чем криминальным, а тут целый дом, набитый бандитами, которым наверняка приходилось и мучить людей, и убивать…
Закатив глаза и тоскливо вздохнув, Луки мысленно примерила на себя безработную жизнь, затем подумала, чем ей грозит сосуществование с мафиози, и угрюмо заключила, что лучше сдохнуть от усталости и перманентного ужаса, чем от голода. В конце концов, Ямамото мог оказаться вполне неплохим боссом.
— А зарплата? — решив оттянуть время принятия решения, уточнила она.
Глаза Ямамото тут же вспыхнули двумя яркими звёздами.
— Согласна?! — радостно воскликнул он и схватил взвизгнувшую от удивления Луки за руки.
— А-а-атпустите! — проблеяла та, суетливо вывернувшись из его, как выяснилось, огромных ладоней. — Я спросила про зарплату!
Ямамото фыркнул и снова перехватил её запястье.
— Она тебя не разочарует. — Он медленно, чтобы не возникло вопросов, вывел пальцем на её ладони шестизначную цифру, а затем, подумав, добавил ещё нолик. — А это будет в качестве премии, если ты хорошо варишь кофе.
Едва не выронив глаза от удивления, Луки сперва переспросила, чтобы исключить возможности ошибки, а затем не придумала ничего лучше, кроме как грохнуть в обморок. Глубокий такой, с розовыми пони и серо-буро-малиновыми енотами в пятнышку. Всё-таки обрушившееся на неё за этот день напряжение оказалось критическим. Она не привыкла к таким эмоциональным перегрузкам.
В себя Луки пришла только через некоторое время, и Ямамото, не тратя больше времени на разговоры, стал быстро и доходчиво инструктировать её об обязанностях, попутно уточняя её предпочтения по поводу нового жилища и обстановки. Ей предлагалась комната в особняке, а также — отдельная квартира за пределами Вонголы, причём все расходы по переезду и мебелированию фирма, что называется, брала на себя, поэтому обмершей от счастья Луки оставалось только тыкать пальцами в понравившиеся ей шкафчики и раковины.
Первые пару недель было тихо и спокойно: Луки привыкала к обстановке и новому месту работы, постепенно вникала во всё творящееся в Вонголе безобразие, поэтому когда случилось первое покушение, ей стало по-настоящему страшно. Она ожидала всего: и кровавых дел, и жертв, и свежих могил в палисаднике особняка. Однако то, что ассистенты Хранителей подвергались опасности ничуть не меньше любых других обитателей Вонголы, стало для неё новостью. Ямамото почему-то деликатно умолчал о том, как именно уволился его предыдущий помощник.
Едва пережив первое потрясение, Луки страшно захотела вернуться в свою небольшую обветшалую квартирку в объятия скрипящего на все лады дивана, но приходящий навещать её Ямамото выглядел таким убитым и подавленным, что бросить его просто не хватило совести. В конце концов, она осознанно согласилась пойти работать к мафиози, так что винить было особенно некого.
Умиротворение и дзен настигли Луки спустя ещё пару покушений и похищение с целью выведать тайны Вонголы. Вернувшись домой после проведённых у настоящих бандитов суток, она налила себе кофе, села на кровать и поймала себя на мысли, что больше не боится. Она просто смирилась с тем, что на её спине теперь висела мишень. Неприятно, конечно, было находить в почтовом ящике динамит и выковыривать из коврика с приветливой надписью «Welcome!» ядовитые шипы, но вид начальника, который всегда приходил ей на выручку, в какую бы жопу она ни провалилась, заталкивал недовольство и возражения обратно в горло. Луки сама себя подписала на вечное, по сути, рабство. И не сказать, в общем-то, что её это так уж сильно не устраивало.
Ямамото оказался весёлым и лёгким в общении человеком, а остальная команда Хранителей Вонголы, к счастью, встречалась Луки крайне редко. Хотя жаловаться ей и тут тоже было не на что, ведь обитатели особняка — как женщины, так и мужчины — вели себя чрезвычайно дружелюбно, поэтому она нередко удивлялась — как вообще так получилось, что настолько приветливые люди оказались членами огромнейшей мафиозной семьи. Превратности судьбы — не меньше.
Спустя полгода относительно спокойной и довольно рутинной работы одного из помощников Гокудеры Хаято нашли замоченным в туалете дешёвого клуба, поэтому на него, являющегося не только начальником по налаживанию связей, но ещё и Хранителем Урагана Вонголы, свалилось столько работы, что впору было стреляться. Наученная горьким опытом и натренированная авральными буднями Луки с чисто женской жалостью смотрела на убивающегося работой гордого начальника соседнего департамента, а потом не выдержала и всё-таки предложила помощь. И обычно не сильно радушный в общении Гокудера неожиданно с энтузиазмом согласился.
Ровно две недели жизнь Луки напоминала карусель, с которой невозможно было слезть, а затем Ямамото, увидевший тянущийся за своей помощницей шлейф из мешков под глазами, решительно отправился к Гокудере с неожиданно ревнивым замечанием, что Луки вообще-то являлась его помощницей. Услышав это, Гокудера раздражённо огрызнулся, что ему в таком случае нужен новый помощник, желательно бессмертный, который смог бы продержаться под его началом дольше трёх недель. И в этот момент Луки внезапно вспомнила робкий взгляд неприметной с виду девушки из офиса, где она работала до поступления, так сказать, непосредственно в саму Вонголу. Кажется, её звали Чиэра.
«Хорошее имя для помощника Гокудеры», — ехидно подумала она, но номер, тем не менее, откопала и, собравшись с мужеством, позвонила в надежде, что та всё ещё работала на прежнем месте.
Чиэра оказалась прилежным работником, поэтому до сих пор трудилась на почве сбора информации и даже, кажется, собиралась идти на повышение, поэтому приглашение на собеседование в особняк Вонголы восприняла с пофигистичным спокойствием, чем вызвала нехилое уважение со стороны Луки. И сейчас она как раз направлялась в приёмную, чтобы встретить её и сопроводить на собеседование к Гокудере.
Сложный день, в общем, предстоял. Очень сложный.
Распахнув дверь приёмной и деловито поджав губы, чтобы казаться строже и грознее, Луки уставилась на разглядывающую табло с информацией гостью и с трудом подавила ностальгический вздох.
— Чиэра, я полагаю? — осведомилась она, привлекая к себе внимание.
Девушка, напрягшись на мгновение, повернулась лицом, и Луки испытала некоторый дискомфорт, разом усомнившись в том, что выбрала правильного человека в помощь Гокудере. Дело было в том, что глаза Чиэра сияли так, словно ей в голову вкрутили лампочки. Казалось, её нисколько не смущал ни мрачный вид особняка, ни предстоящее собеседование с грозным во всех отношениях начальником. Она смотрела на мир с такой любовью, что Луки на мгновение ослепла.
— Луки же, правильно? Я тебя помню, — улыбнулась между тем Чиэра, не утруждая себя заплесневелыми формальностями.
— Что, имя запоминающееся? — кисло улыбнулась Луки, нервно поправив чёлку.
— Нет, — пожала плечами Чиэра. — Просто с твоим уходом вся работа свалилась на мои плечи. Я ещё подумала: «Вот же зараза такая, даже не предупредила», а потом узнала, что тебя неожиданно повысили и оставили работать в основном офисе. Тебе тогда все завидовал. Поэтому я и запомнила.
Заморгав от обескураживающей честности собеседницы, Луки распахнула рот, силясь придумать достойный ответ. А Чиэра, воспользовавшись паузой и вновь повернувшись к стенду информации, ткнула пальцем в имя Гокудеры Хаято.
— Начальник по налаживанию связей, — вслух прочитала она. — Это к нему меня хотят перевести помощником?
— Да. — Луки вздохнула и, кинув взгляд на часы, засобиралась, памятуя о неприязненном отношении Гокудеры к непунктуальности. — Идём, а то твой будущий начальник безо всякого собеседования открутит тебе голову. А потом и мне заодно.
— Да, он темпераментный, — совсем не испугавшись нелестной характеристики, мечтательно протянула Чиэра и послушно направилась за семенящей по коридору Луки.
— Вы что, знакомы? — уточнила та, огибая большой стол в конференц-зале.
— Нет-нет, — замахала рукой Чиэра. — Имя у него просто такое… пылкое.
«О, да, — с мрачной ухмылкой согласилась Луки. — Зажигательный человек».
Остановившись перед дверь кабинета, Луки зашла первой и, найдя Гокудеру в крайне нерадостном расположении духа, едва удержалась от просьбы не убивать прибывшую на собеседование сотрудницу на месте. Оповестив, что Чиэра сейчас зайдёт, она выплыла из кабинета и, мысленно перекрестив будущую жертву, приглашающе распахнула дверь. Нервный смешок её разобрал только когда щёлкнула собачка замка, потому что это до боли напомнило ей первое собеседование у Ямамото. Разница была только в том, что и в тот, и в этот раз свежие трусы, карета с санитарами и душ требовались только ей. Почему-то за Чиэру она переживала едва ли не больше, чем за себя в своё время.
Сев на диванчик, Луки сложила руки на коленях и приготовилась ждать, чтобы в случае чего вытащить покрытую копотью сотрудницу на свет божий. Однако спустя буквально полчаса Чиэра сама показалась на пороге — целая и, если не считать красной от смущения физиономии, вполне довольная. Аккуратно прикрыв за собой дверь, она повернулась к побледневшей от такой метаморфозы Луки и выдавила, едва размыкая губы:
— Святая Мария, он такой офигенный!
Луки показалось, что она ослышалась.
— Ч-что? — пробулькала она, мысленно налив себе и Чиэре по полному стакану валерьянки.
— Синьор Гокудера. — Чиэра плюхнулась на диван и глубоко вздохнула. — Он обалденный!
— Неужели не наорал? — ошеломлённо просипела Луки, не веря своим ушам.
— Наорал! — радостно кивнула Чиэра, вогнав её в практически летаргический ахер. — Потому что я споткнулась о ковёр, пролила его чернила и случайно испортила рубашку. — Она улыбнулась и хлопнула себя ладонью по макушке, высунув язык.
— И ты выжила после такого? — выдавила Луки, пощупав собеседницу на всякий случай за плечо, чтобы проверить — не призрак ли это.
Чиэра застенчиво почесала кончик носа и улыбнулась.
— Он посоветовал мне прекратить практиковаться в способах изощрённого самоубийства. И взял на работу. — Она счастливо засмеялась.
— И всё? — уточнила Луки, недоверчиво прищурившись. — А он про… что-нибудь тебе рассказывал?
— Про мафию? — бесхитростно переспросила Чиэра и закивала. — Да, а ещё кошку свою показал. Представляешь, она горит!
— И всё… всё нормально? — поинтересовалась Луки, ощущая себя не просто дураком в цирке, а клоуном, к спине которого привязали второго клоуна.
— Ну… — Чиэра призадумалась, а потом пожала плечами. — Подумаешь, мафия. Я на прошлой работе чёрной бухгалтерией занималась — вот где ужас.
Прижав руку к груди, Луки откинулась на спинку дивана и протяжно выдохнула.
— Ты удивительная, — честно призналась она улыбающейся Чиэре. — Я бы в штаны наложила.
— А кто сказал, что я не наложила? — неожиданно серьёзно отозвалась та и заливисто расхохоталась, увидев, какими круглыми стали глаза Луки. — Да ладно. Бывало и хуже. — Она встала на ноги. — Проводишь меня в отдел кадров?
— Д-да! — опомнилась Луки и тоже подскочила. — Идём, тут недалеко.
— Если что, — Чиэра тронула её за плечо и, приветственно протянув руку, улыбнулась, — зови меня Эр.
— А ты зови меня… как тебе больше нравится, — отмахнувшись от противоречивых эмоций, улыбнулась Луки и пожала протянутую ладонь. — Не переусердствуй только, — добавила она и, подхватив товарища по несчастью под локоть, направилась к отделу кадров.
Чего греха таить, ей было откровенно приятно обзавестись первым другом в этой мрачной тусовке. И почему-то ей казалось, что дружба эта будет очень приятной, несмотря на все сложности работы на семью Вонгола. Или, может, даже благодаря им.

@темы: фанфик, мини, Ямамото, Katekyo Hitman Reborn!

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Записки на колготках

главная