Givsen
латентный романтик | сказочный лис | страшный человек | накуривающая муза | дрочдилер | сотона
Название: В музыке
Автор: Givsen
Фэндом: GOT7
Персонажи и пейринги: Им Дже Бом | Чхве Ён Дже
Рейтинг: G
Жанр: ангст, hurt/comfort
Предупреждения: нецензурная лексика
Размещение: запрещаю!
Песня-вдохновение: JJ Project – Icarus

Однажды Дже Бому всё надоедает.
У них камбэк на носу, времени нет даже на то, чтобы почистить зубы, поэтому усталость ставится вторым «я». А может, первым — Дже Бом так устаёт, что почти ничего не соображает. Его голова под завязку набита графиками, концептами и грядущим промоушеном.
А ведь им приходится ещё и долбанные трансляции в vlive как-то снимать. И общаться, общаться, общаться…
Дже Бом чувствует себя на грани помешательства, он тихо ненавидит всю индустрию кей-попа в целом и каждого представителя JYP в частности. Поэтому когда в дверях комнаты появляется цветущий улыбкой Ён Дже единственное, чего он хочет, — это послать его на все четыре стороны. Или хотя бы на две, лишь бы он отвалил и не трогал его до скончания веков.
Сдержаться помогает только чудо.
Дже Бом поднимает тяжёлый взгляд, готовясь ко всему, и Ён Дже вдруг говорит:
— Хён, не хочешь съездить в Пусан?
И внутри Дже Бома рушится целая цивилизация. Целый, мать его, мир рушится, потому что это не «Съездим к моим в гости в Мокпо?» и не «Сгоняем в круглосуточную закусочную за рамёном?». Это спасательный круг, и Дже Бом пока не понимает, кого именно хочет спасти Ён Дже.

Поезд забирает их с платформы ранним утром. На улице крепчает мороз, и Дже Бом, тупо пялящийся в окно, только сейчас с запоздалым удивлением думает, какого хрена они едут именно в Пусан? Ведь сейчас не сезон, пляжи наверняка безлюдны, так есть ли смысл морозить жопу в такой дали от Сеула?
— Там красиво очень, — говорит Ён Дже, будто прочитав его мысли, и протягивает свой наушник.
У них не очень похожи вкусы в музыке, но Дже Бом всё равно берёт его, вталкивает в ухо и, закрыв глаза, на некоторое время растворяется в чужой душе.
Музыка — это ведь душа, никак иначе.
К слову, душа Ён Дже тёплая. Почти горячая. Как ладонь, которой он стискивает руку Дже Бома.

В Пусане оказывается холоднее, чем можно было предположить.
Дже Бом кутается в пальто и шарф, а Ён Дже, напротив, даже куртку не застёгивает. Он бежит впереди, до смешного сильно смахивая в этот момент на Коко, что-то говорит и смеётся, а в голове Дже Бома играет музыка из его плеера. Она настолько «похожа» на Ён Дже, что Дже Бом никак не может отделаться от мысли спрятать свой плейлист как можно дальше. Нельзя же настолько открываться людям.
Пляж и вправду оказывается пустынным, и ветер тут куда сильнее, чем на станции. Однако Ён Дже это, кажется, не пугает. Он прыгает по песку, снова хохочет и постоянно повторяет «хён». А хён бредёт за ним убитой тенью, улыбается очередной шутке и, ощутив вибрацию в кармане, в двадцать восьмой раз сбрасывает вызов. Менеджеры ведь не в курсе, куда они так внезапно пропали.
Ох и влетит им завтра от всех…

Ён Дже устаёт спустя пару часов. Они находят неподалёку открытое кафе и решают перекусить заварной лапшой.
От тарелок идёт пар, когда Ён Дже расставляет их на столешнице, а Дже Бом думает, что это до жути напоминает кадр из шоу, где у них было «свидание» на реке Хан. Если не считать необходимости держаться за руки, ему тогда всё понравилось: и прогулка, и обжигающая лапша в ларьке, и назойливый смех Ён Дже, который пару раз искренне хотелось заткнуть. Джексон потом ржал как бабуин и ещё несколько дней стращал Дже Бома, что обязательно сделает скрытую камеру, где заставит их повторить.
Дже Бом пообещал сломать ему челюсть, если такое и впрямь случится.
Однако теперь, когда они опять оказываются вдвоём там, куда вездесущие камеры не могут дотянуться, Дже Бом смотрит на Ён Дже, который, обжигаясь, втягивает лапшу в рот, и вдруг ощущает прилив горячего, как волны летом, счастья. Это ведь лучше любого свидания, правда.
Да и за руки им держаться не надо.

Поезд в Сеул отправляется только утром, поэтому Дже Бом и Ён Дже всю ночь гуляют по окрестностям. Они практически не разговаривают. Вернее, Ён Дже-то как раз болтает без умолку, но это, как ни странно, не выглядит вымученно — напротив, кажется, что он действительно получает удовольствие от происходящего.
Дже Бом слушает его и, сбросив очередной вызов, чувствует себя поистине прекрасно. Так долго копящаяся усталость сползает с него медленно, нехотя, однако когда на Пусан опускается ночь, а вдоль дорог зажигаются фонари, он ощущает бодрость — такую, какой у него не было уже давно.

Когда время переваливает за полночь, Ён Дже хватает Дже Бома за рукав и опять тащит на пляж. Он что-то говорит про звёзды, которые должны отражаться в воде, Дже Бом послушно плетётся следом. Он наслаждается каждым мгновением, каждой минутой, и даже трескотня Ён Дже кажется действительно прекрасной штукой.
На пляже оказывается темно. Дже Бом осторожно идёт по песку, боясь упустить момент, когда начнётся вода, и щурится, будто это как-то может помочь. У него при себе нет запасных вещей, поэтому замочить кроссовки, а потом до возвращения в Сеул шляться в мокрых носках у него нет никакого желания.
Ён Дже же, кажется, ничего не страшно. Он уверенно шагает вперёд и снова через каждые несколько слов — «хён, хён, хён». Он говорит о камбэке, парнях, ведущих на шоу, о менеджерах, концептах, компании — обо всём, что уже набило оскомину. Однако Дже Бому не хочется обрывать его. Складывается ощущение, что вместе со словами Ён Дже покидает напряжение, и Дже Бом внезапно понимает, что он тоже чудовищно устал от всего. Чёртова работа не щадит никого.

Побродив вдоль берега, они усаживаются прямо на песок. От воды тянет прохладой и свежестью, и Дже Бом снова кутается в пальто и шарф, попутно жалея, что под рукой нет шапки.
Хотя будь у него шапка, он, наверное, натянул бы её на Ён Дже — слишком уж тот беззаботно себя ведёт. Застужать горло перед камбэком — последнее дело.
— Почему ты позвал меня сюда? — спрашивает Дже Бом после недолгого молчания.
— В смысле? — Ён Дже отрывает взгляд от спокойной глади воды и в недоумении поворачивается.
— В прямом. Ты позвал меня не в Мокпо, не в гости, а сюда. Что такого в Пусане?
Ён Дже улыбается — Дже Бом понимает это только по тускло сверкнувшим в темноте зубам. И по теплоте, которая на миг обдаёт лицо.
— Ну как же, тут пляжи хорошие.
— И холод собачий, — перебивает Дже Бом и прищуривается. — Что задумал, мелкий? Убить меня и прикопать в песке?
Ён Дже заходится смехом — смущённым, немного дёрганным.
— Знаешь, — говорит он, и в голосе его не веселье, а, скорее, сожаление, — тебя ведь даже убивать не потребуется.
«Ты и так на труп похож», — звучит в его словах.
Дже Бом хмурится. Ён Дже прав — этого нельзя отрицать. Хотя кому сейчас легко, спрашивается. У них всех видок — не позавидуешь, визажистам придётся тонну косметики вмазать в их синюшные рожи, чтобы они не распугали фанатов на шоукейсе.
— И всё-таки? — не унимается Дже Бом. — Почему Пусан?
На несколько мгновений между ними виснет тишина. Ён Дже снова поворачивается к воде, пожимает плечами и со всей честностью выдаёт:
— Первое, что пришло на ум, когда я увидел тебя после последней репетиции. В детстве бабушка возила меня сюда, когда я болел. Летом, правда, но не суть. С тех пор я стараюсь приезжать, когда выматываюсь. И, знаешь, помогает. — Он замолкает на пару секунд, будто смутившись своих слов, а затем вдруг с робкой надеждой спрашивает: — Правда ведь?
У Дже Бома опасно быстро теплеет в груди. Оказывается, Пусан для Ён Дже — особое место, и Дже Бом невольно ловит себя на мысли, что больше не сможет воспринимать его как город, куда можно съездить отдохнуть. Теперь он и для него станет особенным.
Перед глазами неожиданно вспыхивает воспоминание, как Ён Дже в поезде поделился своими наушниками, и теплота в груди превращается в пожар.
Испугавшись, Дже Бом глубже зарывается носом в шарф.
— Ты меня бесишь иногда, — внезапно признается он и пугается повторно, только теперь уже того, что Ён Дже может обидеться.
Однако Ён Дже почему-то не обижается. Вместо этого он разражается смехом, в котором Дже Бом с изумлением угадывает облегчение.
— Ну слава богу! — говорит он. — Я уж боялся, что ты скажешь «постоянно».
Дже Бом не верит своим ушам. Замолчав, он почти впивается взглядом в воду, в которой и вправду отражаются звёзды. Очень красиво, кстати.

Возвращаться в Сеул совершенно не хочется.
Дже Бом и Ён Дже едва не опаздывают на поезд, успевают буквально в последнюю минуту, так что двери с шипением закрываются прямо за их спинами.
Вид у них, наверное, потрясающий, потому что девушка-кондуктор настороженно хмурится, разглядывая их билеты, однако Дже Бому всё равно. В его кроссовках полно песка, пальцы почти не чувствуются от холода, но полыхающий в груди пожар греет лучше любого одеяла. И покачивающийся от усталости Ён Дже, улыбка которого не сползает с лица только благодаря усилию воли, играет в этом не последнюю роль.
На свои места они попадают спустя несколько минут. Поезд медленно набирает скорость, пейзаж за окном постепенно превращается в размытую акварель.
Усевшись в кресло, Ён Дже падает на плечо Дже Бома и протяжно, сочно зевает. Глаза Дже Бома тоже слипаются. Путь им предстоит неблизкий, времени, чтобы вздремнуть, предостаточно.
— Как думаешь, менеджеры сильно нас убьют? — спрашивает Ён Дже, сморщив нос.
Дже Бому становится смешно.
— Думаю, — говорит он, — дешевле было сразу закопаться на пляже, — и фыркает. Ён Дже поддерживает его тихим смешком.
На самом деле, ситуация аховая, накажут их по всей строгости закона, но Дже Бому уже не страшно. За один неполный день и ночь он отдохнул лучше, чем за пару выходных, так что теперь он снова может впахивать как вол и без принуждения. И за всё это следует поблагодарить Чхве Ён Дже.
Спохватившись, Дже Бом достаёт телефон и кривится, увидев на дисплее космическую цифру. Столько раз ему даже мама не звонила, когда он уходил в загул на неделю. Однако когда Дже Бом открывает пропущенные вызовы вместо десятков имён менеджеров и стаффа там сплошь высвечиваются Джексон, Джин Ён и Марк. Последнего, к слову, совсем мало.
Дже Бом вздёргивает бровь и едва не роняет телефон, когда в ладонь ударяет вибрация. Только теперь это не звонок, а сообщение. От Джексона.
«Парни, если вы сбежали в Лас-Вегас, чтобы наконец-то пожениться, я за вас дохуя рад, но на медовый месяц у вас осталось полдня! Стафф пока не в курсе, но сегодня вечером нас повезут на тренировку, так что будьте так любезны, притащите свои задницы до приезда менеджера, иначе нас всех казнят!
PS БэмБэм за вас тоже рад!
Целую, Джексон»
Дже Бом прижимает кулак к губам, чтобы не расхохотаться в голос, и, чуть наклонившись, заглядывает в лицо Ён Дже. Тот спит, зажав ладони между стиснутых коленок, и у него при этом настолько трогательный, почти беззащитный вид, что Дже Бом сдаётся. Ничего страшного ведь не произойдёт, если кто-то хоть раз увидит её. Душу Им Дже Бома.
Тем более это же Ён Дже. И он наверняка уже видит десятый сон.
Подумав, Дже Бом вытаскивает из внутреннего кармана наушники и неспешно разматывает их. Когда на дисплее телефона показывается отдельная, спрятанная от посторонних глаз папка, его пробирает нервной дрожью, которая усиливается, когда он со всей осторожностью приподнимает голову Ён Дже и, втолкнув в его ухо наушник, нажимает play. Пару секунд он с замиранием сердца ждёт, что тот проснётся, удивится, однако Ён Дже даже не вздрагивает. Лишь когда Дже Бом успокаивается и сам ныряет в объятия любимой мелодии, губы Ён Дже трогает улыбка. Только Дже Бом этого, конечно же, не видит.

@темы: Им Дже Бом, GOT7, Чхве Ён Дже, мини, фанфик