Givsen
латентный романтик | сказочный лис | страшный человек | накуривающая муза | дрочдилер | сотона
Название: Неисправимые
Автор: Givsen
Фэндом: GOT7
Персонажи и пейринги: Им Дже Бом, Пак Джин Ён | Ким Ю Гём
Рейтинг: G
Жанр: повседневность
Размещение: запрещаю!

Почти каждый день в общежитии GOT7 начинается с чьего-нибудь крика. То будильник не звонит вовремя, потому что телефон забыли поставить на зарядку; то в ванной обнаруживается катастрофическая нехватка пены для бритья; то кому-то на ногу проливается обжигающий кофе. Причин, на самом деле, уйма, и у каждой из них обязательно находится виноватый — тот, кому не везёт быть застигнутым на горячем.
Вот и сейчас Дже Бом открывает глаза, едва заслышав возню на кухне. Пара секунд у него уходит на то, чтобы прийти в себя, а потом в доносящемся из-за двери урчащем сердитом шёпоте он различает Джин Ёна. Который, к слову, страшно недоволен. Удивительно, кстати, что для выражения некоторых эмоций ему даже голоса повышать не требуется. Достаточно лишь выбрать нужный тон.
Дже Бом изумлённо моргает, приподнимается и, услышав резкое «…и руки из жопы!», окончательно просыпается. Кажется, для кого-то это утро точно недоброе.
— Что там опять? — хрипит с соседней подушки Ён Дже.
Он не открывает глаз и, кажется, по-прежнему пребывает во власти сна, поэтому Дже Бом улыбается и, натянув одеяло ему на макушку, бросает:
— Ничего, спи.
Ён Дже послушно затихает. Стараясь не потревожить его, Дже Бом сползает с матраса и выскальзывает за дверь. Можно было бы и забить, конечно, но он же лидер, а это, как ни крути, ответственность.
Голос Джин Ёна по-прежнему напоминает шипение потревоженной кобры, но звучит он слишком тихо, чтобы перебить молодецкий храп Джексона (и как у Марка получается спокойно спать рядом с таким трактором?), так что на кухню Дже Бом приходит один. И обнаруживает на полу остатки сахарницы, щедро залитые какой-то мутной бурдой.
Вздёрнув бровь, Дже Бом мысленно прикидывает убытки, затем поднимает взгляд и, наконец, понимает, почему Джин Ён похож на недовольную мамашу: у стола с виноватым видом стоит макнэ — Ким Ю Гём. У него в руках подрагивает чуть оплавившаяся пластиковая ручка, а на лице цветёт глуповатая улыбка растерянного ребёнка. Джин Ён терпеть не может, когда он так улыбается.
— Что произошло? — напустив на себя деловой вид, спрашивает Дже Бом, и Ю Гём, вздрогнув, поворачивается. Его улыбка на миг становится жалобной.
— Хён, доброе утро. Я тебя разбудил?
Дже Бому хочется крякнуть и сказать, что это вообще-то Джин Ён разбудил его своим потрясающим умением даже шёпотом греметь на весь блок, однако он не успевает и рта раскрыть.
— Конечно разбудил, — ехидно бросает Джин Ён и кивает на кучку из осколков, сахарного песка и жидкости неизвестного происхождения. — Ты тут так громыхал, что мы все проснулись.
Дже Бом невольно прислушивается к громоподобному храпу Джексона, у которого куда больше шансов перебудить всю общагу, и укоризненно смотрит на Джин Ёна. Тот даже ухом не ведёт.
— Извини, — бормочет Ю Гём, — я просто кофе хотел приготовить…
— И в итоге чуть не спалил кухню. — Джин Ён кривит губы и с кислым видом издевательски аплодирует. — Я раньше думал, что у нас БэмБэм — неисправимый рукожоп. Теперь вижу, что у вас это семейное.
Ю Гём сжимается. Это смотрится смехотворно, потому что на фоне щуплого Джин Ёна он смотрится пристыженным тибетским мастифом рядом с грозной болонкой, но Дже Бома не тянет зубоскалить. Его переполняет раздражение из-за сложившейся ситуации, из-за резкости Джин Ёна, поэтому он вздыхает и бросает на Ю Гёма сердитый взгляд.
— Прибери тут, пожалуйста.
Тот торопливо кивает и моментально испаряется.
Временами Ю Гём действительно похож на ребёнка, но не на того капризного избалованного подростка, которым он предстаёт перед фанатам, а на затюканного, жалобного мальчишку, так что Дже Бом и вправду злится, только отнюдь не на него.
— Ты перегибаешь палку, — тихо говорит он, когда Ю Гём скрывается в ванной.
Джин Ён в ответ вздёргивает бровь. Он никак не комментирует своё поведение, ничего не говорит, оставаясь при своём мнении, и Дже Бом в который раз убеждается, что влиять на него бесполезно. В принципе, это все знают.
На самом деле, он не такая уж скотина. Дже Бом знаком с ним хренову прорву лет, поэтому старается абстрагироваться от всего, включая его дикое желание докапываться до всего, что связано с Ю Гёмом. Он ведь прекрасно видит всё. И всё понимает.

Свет в репетиционном зале немного приглушен. Последние аккорды мелодии всё ещё гремят под потолком, в то время как парни со стонами падают на прохладный, натёртый до блеска пол. Новый сингл и новая хореография сложны и прекрасны одновременно, поэтому группа выдрачивает все нюансы, пугая даже бывалый стафф своей одержимостью.
Дже Бом чувствует себя выжатым лимоном. Он распластывается на спине, привычно отыскивает взглядом валяющегося неподалёку Ён Дже и, убедившись, что тот в порядке, расслабляется. У них всё отлично получается. Главное, не сгореть до релиза.
— Молодцы, парни! Перерыв десять минут, затем — финальный прогон и свободны, — зычно говорит хореограф и выходит из студии.
Услышав хлопок двери, Дже Бом с трудом отлепляет присохший к нёбу язык и умоляюще хрипит:
— Хён, кинь в меня водой.
В следующее мгновение рядом с грохотом приземляется бутылка. Дже Бом посылает в сторону Марка полную благодарности улыбку и с кряхтением садится. Спина и всё, что находится ниже, чувствуется как отдельный человек. То есть совсем не чувствуется. Сложности его, разумеется, воодушевляют и всё такое, но сдохнуть иногда хочется куда сильнее, чем жить.
Дже Бом подползает к зеркалу и, упершись в него лопатками, торопливо скручивает крышку бутылки. Тело источает такой жар, что вода, кажется, испаряется, едва соприкоснувшись с губами, но Дже Бому всё равно хочется застонать от облегчения. Он жив. Измотан, обессилен, но жив. Это ли не счастье?
Спустя несколько мгновений рядом опускается Джин Ён. По его вискам градом катится пот, который он промокает полотенцем, и Дже Бом с лёгкой завистью думает, что он даже в таком виде остаётся возмутительно красивым. Наверное, это какая-то магия.
— Вы как хотите, а я пошёл за мороженым! — объявляет внезапно Джексон и так бодро поднимается, что Дже Бом снова чувствует зависть, только куда более сильную. В тело модели робота «Джексон Ван 1994» явно встроена дополнительная батарея — иначе как ещё объяснить его суперспособность двигаться настолько проворно даже после четырёхчасовой репетиции.
— Бери тогда на всех, — машет ему Марк. — Думаю, никто не откажется после душа слопать рожок-другой. Я прав?
В ответ слышится разноголосый хор. Кто-то говорит, что пофиг, кто-то, напротив, охотно соглашается, так что Джексон, оглядев остальных и прикинув количество покупок, комично надувает губы.
— Один я всё не унесу, мне понадобится помощь, — говорит он, и Марк, недолго думая, пинает лежащего у его ног БэмБэма. Тот моментально подскакивает.
— Больно же! — разобиженно тянет он, но Марка этим не проймёшь.
— А я об тебя только что чуть палец не сломал, мне больнее. Дуй за Джексоном, иначе не получишь мороженого, — со спокойной миной говорит он, и БэмБэм, вздохнув, нехотя подтягивает шнурки на ботинках.
Вообще-то его обычно даже уговаривать не приходится, потому что Джексон является его примером для подражания, почти кумиром, хотя он упорно делает вид, что таскается за ним хвостиком по совершенно другим причинам. Джексону это, разумеется, страшно льстит.
— У вас семь минут до возвращения хореографа! — гаркает им в спины Дже Бом, и Джексон, прежде чем выскользнуть за дверь, показывает ему два пальца вверх. Даром, что средние.
Дже Бом хмыкает и прикрывает глаза. Они справятся за шесть — он в этом не сомневается.
На несколько мгновений в зале становится тихо, если не считать постепенно успокаивающегося загнанного дыхания. Дже Бом борется с желанием вылить воду из бутылки себе на голову, Джин Ён вяло шевелит губами — наверное, повторяет свою партию. Марк, Ю Гём и Ён Дже по-прежнему лежат кто где. Кажется, мир ненадолго приходит в гармонию.
До тех пор, пока макнэ не включает трек на припеве.
Услышав это, Марк в недоумении поднимает голову.
— Тебе делать нехрен, что ли? Отдохни, успеешь ещё напрыгаться.
Ю Гём улыбается ему и, пожав плечами, становится у зеркала.
— Хочу кое-что попробовать перед последним прогоном.
Марк закатывает глаза.
— С ума сошёл, — хмуро констатирует он, Ю Гём в ответ смеётся.
Дже Бом завороженно следит за разворачивающимся перед глазами зрелищем, ведь Ю Гём не просто любит и умеет танцевать, он живёт в каждом движении. И вся его неуклюжесть, неповоротливость и зажатость вмиг испаряются, стоит только где-то зазвучать музыке. Потрясающая способность их макнэ никого не оставляет равнодушным.
Сидящий рядом Джин Ён не издаёт ни звука. Он тоже коршуном следит за тем, как Ю Гём танцует, и в его молчании куда больше эмоций, чем может показаться на первый взгляд. Он редко растрачивается на похвалу, однако его взгляд порой говорит куда красноречивее любых слов.
Скосив на него глаза, Дже Бом сжимает губы, чтобы сдержать усмешку, и совершенно упускает момент, когда Ю Гём неловко оступается и падает так, что по воздуху разлетается глухой стук, а на полу остаётся кровавый след.
Джин Ёна в ту же секунду сметает с места. Пока до остальных медленно доходит, пока Дже Бом поворачивается, Марк открывает глаза, а Ён Дже привстаёт, Джин Ён замирает рядом с кривящимся от боли Ю Гёмом и недовольно хмурится.
— Меня уже бесит твоя неуклюжесть, — выплёвывает он и рывком поднимает Ю Гёма на ноги. Тот тихо охает, и Дже Бом видит, как каменеет лицо Марка.
Марк вообще-то неглупый парень и тоже всё понимает. Однако вдобавок к этому он ещё и добрый, поэтому когда Джин Ён сердито замахивается на Ю Гёма, он торопливо отворачивается, встаёт и покидает зал. Дже Бом провожает взглядом его спину и мысленно вздыхает.
Некоторые эмоции слишком сложны, чтобы их можно было объяснить словами. А Пак Джин Ён — сам по себе суперзагадочная эмоция, его вообще невозможно классифицировать. Он может ругать тебя с виртуозностью портового грузчика и в то же время следить, чтобы ты не обжёгся горячей лапшой. Он может говорить, что ты бесишь его, выводишь из себя одним своим существованием, но одновременно с этим он будет перевязывать тебе ногу взявшимся из ниоткуда бинтом. В зале ведь нет запасной аптечки — она находится в каморке стаффа в конце коридора. А у Джин Ёна почему-то всегда под рукой то перекись, то платок. Он загадочный, странный, подчас до отвращения брюзгливый, но Дже Бом ни на секунду не сомневается — Ю Гёма он на самом деле любит, причём так сильно, что почти ненавидит.

Вечер в общежитии выдаётся на удивление спокойным. Джексон убегает по магазинам, прихватив вяло сопротивляющегося Марка, БэмБэм уходит с ними под предлогом, что ему всё равно нечем заняться. Ю Гём, Дже Бом и Ён Дже смотрят фильм, Джин Ён в кресле читает книгу. Кажется, атмосфера наконец-то приобретает миролюбивый оттенок.
С момента падения Ю Гёма проходит неделя, о травме, которая, слава всем богам, оказалась несерьёзной, теперь напоминают только постепенно спадающий синяк на колене и лёгкая хромота. Ю Гём пока не может репетировать со всеми, но Дже Бом знает, что он всё равно тренируется — так, чтобы не напрягать больное колено. И чтобы не напрягать остальных заодно. Он делает это незаметно либо поздним вечером, когда парни уже спят, либо ранним утром, когда они ещё спят. И всех вроде как всё устраивает.
Однако при всей своей конспирации кое-чего Ю Гём всё-таки не учитывает — того, что за ним всё так же ревностно следит Джин Ён. За каждым движением, вдохом и жестом — просто чтобы быть готовым, когда вновь понадобится помощь. И он, само собой, тоже в курсе, что Ю Гём не сидит без дела.
— Кто-нибудь хочет чаю? — спрашивает Ён Дже, когда на экране появляется рекламный блок.
— Я бы не отказался, — пожимает плечами Дже Бом, и Ю Гём тут же поднимается с места.
— Я сделаю, — говорит он, делает шаг в сторону кухни и вздрагивает от раздавшегося внезапно громкого хлопка.
В принципе, вздрагивают все, кроме Джин Ёна, который степенно откладывает уже закрытую книгу и хмурится. Дже Бом бросает на него быстрый взгляд и прячет усмешку за плечом Ён Дже. Беспокойство Джин Ёна видно невооружённым глазом, но выглядит это как раздражение. Как, впрочем, и всегда.
— Если ты так и будешь скакать козлом, на промоушене мы останемся без ведущего танцора.
Ю Гём неуверенно улыбается и опять машинально сутулится.
— Со мной всё в порядке, хён, уже не болит… — бормочет он, но Джин Ён прерывает его сердитым жестом.
— Сядь и не мозоль глаза, — бросает он и, поднявшись с кресла, решительно направляется на кухню.
Однако Ю Гём и не думает выполнять приказ. Вместо этого он упрямо плетётся следом, повторяя, что с ним всё в порядке, а Джин Ён иронично комментирует и его походку, и гримасы, которые периодически искажают его лицо — ничего нового, Дже Бому даже на миг становится скучно.
Однако Ён Дже, который испуганно жмётся к его плечу, их перепалка забавной, похоже, не кажется. Ему вообще чужды подобные проявления привязанности, так что когда голоса Ю Гёма и Джин Ёна приглушаются дверью кухни, он шёпотом спрашивает:
— Хён, может, стоит вмешаться?
Губы Дже Бома трогает улыбка. Нет, в их отношения точно не стоит вмешиваться, потому что получится только хуже. Джин Ён ведь даже симпатию выражать толком не умеет, страшно подумать, что начнётся, когда он будет ревновать.
— Давай лучше продолжим смотреть фильм, — предлагает Дже Бом и приваливается к Ён Дже, краем уха прислушиваясь к тихой перебранке на кухне.
Всё равно приготовление чая в исполнении этой парочки займёт отнюдь не пять и даже не десять минут. Есть время расслабиться перед тем, как снова говорить Джин Ёну, что он излишне усердствует.

@темы: фанфик, мини, Пак Джин Ён, Ким Ю Гём, Им Дже Бом, GOT7